alt "Родился и вырос я, Сергей Анатольевич Маховиков, в пригороде Петербурга, в городе Павловске. Мама – Марта Васильевна – врач-логопед, отец – Анатолий Васильевич – рабочий-строитель, шофер. В октябре шестьдесят третьего года в 12 часов дня я и обрадовал их, появившись на свет, и сразу стал братом, сыном, внуком, племянником и кузеном.
Город Павловск – мой главный воспитатель. Тихий, задумчивый, прославленный и... противоречивый. Он разделен речкой Славянкой на две части: одна из которых квартирно-городская, а другая, зареченская, – садово-огородно-частная, почти деревенская. Вот этот водораздел и стал, очевидно, основой моего противоречивого воспитания, мистическим образом влияя и организовывая на свой «разно-полюсарный» лад мою жизнь.
Дом моих родителей находится на заречной стороне, в районе Пяти  углов, в нескольких минутах ходьбы от загородного дворца Императора Павла I. Можно с уверенностью сказать, что в советское время мы жили при дворе Его Императорского Величества. Дом частный, в то время без удобств, но зато с землей, печкой и садом. Я в семье был старшим истопником: сначала у меня в хозяйстве была печь, потом – котел с углем. Ранним воскресным утром зареченская детвора спешила на «кольцо» - конечную остановку автобуса. Здесь автобус делал разворот по небольшому кольцу и шел обратно к Павловскому вокзалу.  Выйдя из дома, я мог нос к носу столкнуться с лосенком и его мамашей, через пять минут быть на сборном уличном пункте - «кольце», а уже через сорок минут вместе с намытой, начищенной до блеска, в бантах и при галстучках, с подстриженными ногтями зареченской детворой шагать по Невскому в Большой театр кукол. Этими походами всегда руководила моя мама...
Павловский парк... Самый большой парк мира – шестьсот гектар. Для меня он родной и загадочный, как старший брат, который пишет стихи. Первый собственный Велосипед, собранный своими руками, «обкатывался» в парке, первая сигарета с кашлем и соплями курилась в царской беседке в глубине парка, даже первый театр – детвора ходила поглазеть на отдыхающую публику, которая приезжала из города. А, надо признаться, было на что посмотреть: седовласые старики в шляпах и обязательно с тростью, с такой осанкой и походкой, что им невольно хотелось поклониться; шикарные дамы привозили в маленьких сумочках орешки, и позволяли белкам прямо по длинному платью взбираться на плечо и брать орешки из рук; какие-то сумасшедшие дирижеры, которые дирижировали невидимым оркестром, не обращая ни на кого внимания; влюбленные пары, которые тоже не обращали ни на кого внимания, чем и будоражили наше пылкое воображение. Мы играли в войну, прячась за мраморные скульптуры древнегреческих богов и богинь. Мы дрались с «городскими» на нейтральной территории – прямо под окнами дворца. А в дни перемирий вместе висели гроздьями на деревьях вокруг Летнего театра, когда там выступали ленинградские артисты, военные оркестры и, конечно же, цирк... Зареченская шпана, а нас не без причин так называли, свою первую бутылку портвейна распила рядом со знаменитыми казармами, в которые из Царскосельского лицея пешком прибегал в гости к друзьям-офицерам Александр Пушкин и напивался с ними шампанского в зюзю, отчего наутро он, естественно, прогуливал уроки математики.

 

 

 

"Мы из будущего" 17-го июля в 20.00 на РЕН-ТВ

vk 190

fb

posleslovie

 

 ban2 c 

 

bp bn

 

you tube